С головой под одеялом

Она закрыла глаза и попыталась уснуть... Но напрасно она пыталась себя пересилить. Вскоре она снова приподнялась, ещё бледнее, ещё тревожнее, ещё испуганнее, чем прежде. Теперь ей уже не чудилось: парчовые портьеры на двери с шорохом раздвинулись, и по ковру зазвучали медленные шаги. Глухие, почти неслышные, они не смолкали, и в такт им что-то похрустывало — не то дерево, не то кость. Шаги приближались, приближались, и вот сдвинулась скамеечка для молитвы, стоявшая у самой постели. Беатрис пронзительно вскрикнула, с головой укрылась одеялом и затаила дыхание.